ec72d61b     

Орлов Алекс - Тютюнин 1



ТЮТЮНИН ПРОТИВ ЦРУ
Алекс ОРЛОВ
Анонс
Пить все, что горит, - вредно.
Сергей Тютюнин и его дружок Леха Окуркин об этом не знали. Они жили обычной жизнью пролетариев, пока однажды не нашли себе приключений.
Сначала ими заинтересовались ЦРУ и пенсионерка Живолупова, в прошлом сотрудница НКВД.
Потом добавились проблемы с инопланетянами, драконами и боевыми свиньями. Жизнь приятелей стала интереснее.
Жил-был Серега Тютюнин. И служил он в конторе "Втормехпошив", где принимал от населения поношенные кроличьи шкурки по три рубля за полкило. Работы было немного, зарплаты еще меньше, а потому в свободное время, которого у Сереги было предостаточно, он со своим другом Лехой Окуркиным соображал на двоих.
Судьбы Сереги и Лехи были похожи. Обоих дома поколачивали жены, однако каждого по-своему.
Если Леху его Ленка ввиду явного преимущества в росте и весе просто лупила кулаками, то Серегина Любочка встречала супруга дубовой скалкой.
К слову сказать, дубовая скалка у Любочки появилась не сразу. Сначала была сосновая. Но теща Сереги, Олимпиада Петровна, посчитала, что Серегины фокусы сосновую скалку давно переросли, и подарила дочери дубовую.
Так бы и жили в трудах Серега и Леха, если бы не произошло с ними нечто ужасное.
1
Утро в конторе "Втормехпошив" начиналось как обычно. Едва Серега Тютюнин заступил на вахту, как народ к нему просто повалил.
С восьми до десяти чесаться было некогда. Три шубки детские - стриженый кролик, доху камчатскую - голубая белка - и спиногрейку из кошки под бобра Серега принял на одном дыхании. И только он собрался расслабиться и пососать леденец, как с улицы завалилась старушка в старом драповом пальто.
"И не жарко ей, в июне-то месяце?" - подумал Серега.
Старушка, не отрывая взгляда от Тютюнина, медленно полезла в потертую сумку.
Тютюнин вздохнул. Он уже хорошо знал подобных клиентов. Сейчас старушка достанет кацавейку времен свой молодости, лысую, как коленка, и попросит за нее денег.
Однако сначала клиентка поставила на прилавок старый самовар и замерла, вопросительно глядя на приемщика подслеповатыми глазами.
Самовар был не совсем по профилю "Втормехпоши-ва", однако Серега, быстро прикинув вес позеленевшей меди, с ходу определил свою выгоду.
- Пятьдесят рублей! - объявил он и тоже замер, ожидая, как старушка отреагирует.
Кажется, она не совсем поняла, что он ей сказал, однако кивнула и взяла протянутые деньги.
- Налево работаем, Тютюнин? - услышал Серега за своей спиной и, обернувшись, увидел бухгалтера Фригидина.
Фригидин был человек злой и своим приплюснутым черепом напоминал змею-щитомордника. А еще он воровал у Сереги сахар, когда тот оставлял тумбочку открытой.
- Что значит налево? - стараясь не терять из виду старушку, спросил Тютюнин.
- А самоварчик-то зачем? Медь сдавать будем?
- Я их, эти самовары, может, с пятого класса собираю, - соврал Серега.
- Это еще доказать надо, - поднявши к потолку палец, заявил Фригидин и шмыгнул за угол. "Змей, - подумал Серега. - Аспид".
И снова вернулся к служебным обязанностям.
- Что вы еще хотели, бабушка? - спросил он.
Старушка снова порылась в сумке и брякнула на прилавок древнюю муфту, с которой, словно золотистая пыль, разом поднялась целая туча моли. Штук примерно миллион.
Моль в стенах "Втормехпошива" считалась самым страшным врагом. Если она попадала на склад готовой продукции - пиши пропало. На этот случай у Сереги Тютюнина был припасен баллон дихлофоса, а для особых ситуаций - крепко действующая отрава, привезенная из-за границы братом жены



Назад