ec72d61b     

Орлов Владимир - Что-То Зазвенело



sf_fantasy Владимир Орлов Что-то зазвенело ru Fiction Book Designer 21.01.2006 FBD-80JUU7IP-IW64-QNI9-VQ8E-R603A48EQRPW 1.0 «Сельская молодёжь» №6 1988 г. OCR — Кожевников А. В. 24.12.20002, 20.02.2004 Рассказ «Что-то зазвенело» я написал в 1972 году. Его набирали в ту пору в журналах «Юность», «Смена», в издательстве «Молодая гвардия» — для сборника фантастики, в других изданиях.

И разбирали. Бдительных людей что-то смущало. Рассказ — про любовь, говорил я. Про любовь-то про любовь, отвечали мне, но откуда в Москве домовые и зачем?

Когда-то они были, но теперь-то Москва вот-вот станет Образцовым городом!.. Борису Николаевичу Полевому, тогда редактору «Юности», рассказ нравился, но он его снял (а уже и иллюстрации были им утверждены), мне же прислал два письма с объяснениями.

Не расстраивайтесь, писал он, рассказ не пропадет. Лет через сто его непременно напечатают… Потом я стал писать роман «Альтист Данилов». Полагал, что рассказ войдет главой в роман.

Не вошел. История домового Ивана Афанасьевича в романе вскользь упоминается. Однако рассказ «Что-то зазвенело» остался сочинением самостоятельным. Автор
1.
Домовой Иван Афанасьевич ждал субботы. Он знал, что в субботу вечером, в семь часов, Екатерина Ивановна пойдет в кинотеатр «Космос» на французский фильм «Замороженный». Он знал, что билет ей выпадет на шестнадцатое место в четырнадцатом ряду.

У Ивана Афанасьевича и у самого в субботу был выходной. Муж Екатерины Ивановны находился теперь в отъезде. Впрочем, муж тут не имел никакого значения.
2.
Прежде, до переезда, Иван Афанасьевич был в ответе за двухэтажный деревянный дом в переулке возле Трифоновской улицы. Но тот дом снесли. Дернул бульдозер трос, порушил столбы и перекрытия.

Поднялась труха и опала. Предприимчивые люди уволокли доски покрепче для устройства дач. А Иван Афанасьевич пешком с остановкой в пивном шестиграннике у Крестовского моста отправился в Останкино на новое место своего существования.
Место это было желто-розовое, в девять этажей, с четырьмя подъездами. Будто бы Иван Афанасьевич получил повышение. А ведь не просил ни о чем.

Может, очередь его подошла. А может, случилась путаница. Не те цифры где-нибудь зачеркнули. Ну и не его это было дело.

Иван Афанасьевич не любил суеты, не понимал стремлений приятелей пробиться в здания посолидней. Чуть ли не в саму Останкинскую башню. Он и дровяной сарай согласился бы принять, лишь бы в нем не водились крысы.

Шуршание этих мерзких животных, ненасытная толкотня их, движения в пазах гнилого дерева раздражали его мечтательную натуру. Пусть хоть и девять этажей, но без крыс. Так он себя и успокоил.
В старом доме он отдыхал на чердаке, где днем сушилось белье и дети возле печных труб играли в прятки. В душные августовские ночи он спускался в подвал сапожника Михайлова и спал там в кадках из-под квашеной капусты.

А когда в дом провели водяное отопление, он освоил дымоходы и пустые печи. Славно там было! Новое место поначалу Ивана Афанасьевича печалило и оглушало. Ни чердаков тут не полагалось, ни подполов, ни печей.

Первые дни Иван Афанасьевич спал на плоской, как футбольное поле, крыше, однако промок, стал кашлять, чихать, а ближняя аптека у ресторана «Звездный» прочно держалась на учете.
Тогда Иван Афанасьевич перебрался в мусоропровод третьего подъезда. Но и тут ждали его неприятности. Жильцы поселились в доме молодые, энергичные, они и ночью и даже в покойные предрассветные часы пускали вниз по трубе мешавшие им предметы. В особенности бутылки, не соответствующие стандар



Назад