ec72d61b     

Осинский Владимир - Полет Стажера


Владимир Осинский
ПОЛЕТ СТАЖЕРА
Мозг и душа смертны. Они разрушаются при конце. Но... материя
восстанавливается и опять дает жизнь, по закону прогресса, еще более
совершенную.
К. Циолковский. Монизм Вселенной
О, я хочу безумно жить:
Все сущее - увековечить,
Безличное - вочеловечить,
Несбывшееся - воплотить!
А. Блок. "О, я хочу..."
Кристалл первый. ГИБЕЛЬ "ЭФЕМЕРИДЫ"
Все, о чем расскажут эти кристаллы, произошло потому, что погибла
"Эфемерида".
Впервые в жизни я летел в межзвездном корабле не пассажиром, а
полноправным членом экипажа. Вместе с тем положение мое было в некотором
роде двусмысленное. Должность третьего пилота числилась в штатном расписании
звездолета, и я, выпускник Университета космических сообщений Бег Третий,
проходящий стажировку, занимал ее вполне официально. Но получалось так, что
делать мне было нечего. При своих сравнительно малых размерах "Эфемерида"
относилась к космолайнерам высшего класса, напичканным компьютерами, на мой
взгляд, сверх всякой меры... И еще до старта командир сочувственно сказал:
- Придется поскучать - тут ведь и для меня со Вторым дела в обрез...
Впрочем, рекомендую заняться пассажирами.
Я не обиделся на это предложение. Обязанности космостюарда сложны и
ответственны; правда, такими они становятся лишь в случае возникновения
аварийной ситуации, а последних в хронике космических сообщений не
фиксировалось уже восемьдесят шесть лет.
Между прочим, Бег Третий - имя, кое к чему обязывающее. Говорят, в
глубокой древности у людей был обычай нумеровать своих вождей - Потом он
забылся. Когда же прошло порядочно времени с начала эры освоения внеземных
пространств и появились астролетчики - дети и внуки первых, таких, как
Гагарин и Армстронг, обычай этот возродился, хотя и в измененном виде.
Разумеется, отнюдь не все граждане Общества наследовали профессии своих
отцов и дедов. Между, например, мною и Бегом Первым лежит пропасть почти в
два столетия. Однако обычай остался в силе, и я горжусь принадлежностью к
династии, пусть астролетчиков в наш век не меньше, чем, скажем,
программистов ЭВМ или биоконструкторов... О Беге Первом я знаю больше, чем о
Втором, рано погибшем при испытании космокорабля нового типа. Знаю, в
частности, что Первый величал себя, как водилось когда-то, по имени и
фамилии - Заал Бегишвили, хотя, думается мне, сокращенное Бег и удобнее, и
проще, и (да простит меня предок) благозвучнее. Но он был упрям, и, должен
признать, такова наша родовая черта. А уж что там причиною - влияние суровых
гор, взрастивших неисчислимые поколения Бегишвили, наследственность или иные
факторы - судить не мне.
Ошибкой было бы думать, что Бег Первый был мелочным упрямцем. Не упрямо -
одержимо всю жизнь он оставался верен мечте открыть внеземную цивилизацию. И
ни разу не усомнился в истинности своей великой веры. Он участвовал в
четырех межзвездных экспедициях и умер своей смертью, тихо и торжественно -
просто остановилось на половине удара старое сердце. У меня хранится
кристалл, на котором записаны его слова, сказанные незадолго перед концом.
Бег Первый завещал его тому из потомков, кто тоже выберет профессию
астролетчика. Я помню завещание наизусть. Вот оно:
"Придет время, когда внеземные контакты человечества превратятся в
естественную составную часть его существования. Мы не одиноки во Вселенной.
Утверждать обратное - значит основываться на тезисе о некой исключительности
Земли, то есть значит, по существу, впадать в религиозность. Все попытки
обоснов


Назад