ec72d61b     

Островский Б - Принять Решение


Б.Островский
Принять решение
На стене - зеленоватый циферблат больших часов. Сообщение уже десять
минут в пути. Но путь сюда долог: от излучателя на Земле до телеприемника
на Титане луч идет, семьдесят минут.
Нужно ждать еще шестьдесят долгих минут, и я сижу в кресле, перед
часами.
Азбука: когда ждешь, каждая минута кажется часом. Но от понимания
азбучности истина не перестает быть истиной.
Год назад я тоже ждал. Тогда время летело стремительно.
Тогда я просто физически ощущал, как тают минуты, как они исчезают,
уходят в ничто.
Хорошо помню, как время рванулось вперед. Это произошло внезапно, в
какое-то мгновение. От Титана до "Диска-2" скорт шел на автонавигационном
управлении. Но посадка на пневматические станции - каверзное дело. Я
отключил автоматы. Они услужливо выдвинули панель ручного управления и дали
свет на посадочный экран. Я увидел "Диск-2", увидел цепь красных аварийных
огней - и с этого момента время устремилось вперед...
* * *
В исследовательском комплексе Сатурна - две базы на спутниках и
одиннадцать автоматических станций типа "Диск". Год назад таких станций
было пять, и они работали c перебоями. Автоматы на них не были
отрегулированы; почти непрерывно что-то портилось, и тогда мы, бросив все
плановые работы на базе, отправлялись устранять очередную неисправность.
Пневматические станции типа "Диск" похожи на спальный мешок размером с
футбольное поле. Мешок этот начинен бесчисленным количеством
исследовательской аппаратуры, размещенной в изолированных камерах. Если
контрольная аппаратура станции выходит из строя, не так-то просто
определить, где и что испортилось.
"Диск-2" досаждал нам, пожалуй, больше, чем другие станции. Аварии на
"Диске-2" носили особо ехидный характер. Обычно они происходили, когда
"Диск-2" прятался в радиотеии Сатурна.
Так было, и в тот раз. Мы приняли аварийный сигнал, уже через
несколько минут связь со станцией прервалась.
Мы не успели узнать, что там случилось.
Тогда у нас были трехместные скорты, но я вылетел один.
В тот день я был единственным относительно свободным человеком на
базе.
Кто-то оставил в кабине скорта "В мире безмолвия" Кусто. Я листал эту
книгу ( на базе почти не оставалось времени для чтения), пока автоматы вели
скорт. Но посадку на пневматическую станцию лучше призводить самому.
Автоматы выдвинули панель ручного управления, включили посадочный
экран. Я увидел "Диск", опоясанный цепьюкрасных аварийных огней, и на нем -
конусообразный корпус галактического разведчика.
Их было всего семь или восемь, таких кораблей, и ни один из них не
должен был, не мог оказаться здесь у Сатурна.
И все-таки он здесь был.
Я чудом посадил скорт на смятую гармошкой посадочнуюплощадку.
Выбравшись из кабины, я включил ранцевые ракеты и с каким-то странным
ощущением нереальности происходящего полетел к кораблю. Хинитовая
поверхность гигантского конуса отражала тревожный багровый свет аварийных
огней.
Я повис над кораблем. Казалось, вот сейчас по хинитовому покрытию
пойдет трещина, откроется шлюзовая камера, выйдут люди. Но корабль молчал.
ОТКРЫТЬ шлюзовую камеру я не мог. Оставалось одно; осмотреть станцию и
вернуться на Титан за помощью.
Даже отсюда, сверху, было вгппо, как сильно повреждена станция.
Лопнувшие отсеки во многих местах обнажили ее металлический остов.
Через сплющенный входной тамбур я проник в главный коридор станции.
Прежде всего следовало убедиться в исправности аппаратуры, хранившей
собранную станцией астрофизическую информац


Назад